«Вифлеемъ - Дом Хлеба»
Выпуск 2 (апрель 2011)

Евфимий Зигабен

ХРИСТОВО УЧЕНИЕ

(Толкование на 5-ю главу Евангелия от Матфея)

Стих 17. [Сказал Госпóдь:] Не думайте, что Я пришёл разорить [повеления] Закона или пророков: не пришёл разорить, но исполнить.

евангелист Матфей Так как Он должен был узаконить некоторые предписания - большие тех, которые были в Ветхом Завете, говоря: Вы слышали, что древним было сказано: не убивай, ибо если кто убьёт, подлежит суду. Я же говорю вам, что каждый гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду, и т. д. [Мф. 5:21, 22], и желал проложить путь как бы Божественной и Небесной жизни, то, чтобы некоторые не подозревали, по причине необычайности, что Он, узаконяя новое, уничтожает старое, и не считали Его противником Бóгу, - заранее врачует это подозрение.
Но посмотрим, как Он исполнил Закон и пророков. Он исполнил пророков, совершив на деле все, что о Нём предвозвестили они. Посему при каждом пророчестве евангелисты прибавили: «да сбудется сказанное чрез пророка». Закон Он исполнил, с одной стороны, тем, что не нарушил ни в чём его предписаний; Он сказал Иоанну: ибо так подобает нам исполнить всякую правду [Мф. 3:15]; с другой стороны, тем, что прибавил пропущенное. Так лучше всего понимать эти слова.

Между тем как Закон удерживает от совершения греха, Христóс запретил самые основы его. Убийство есть плод греха, а корень его - гнев; если кто не уничтожил корня, то он когда-либо произведет свой плод. Очевидно, что заповедь, запрещавшая убийство, была несовершенна; Христóс восполнил её, заповедуя не гневаться. То же найдем дальше и по отношению к другим заповедям. И почему древний Закон был несовершен? Потому что евреи были жестоковыйны и не сносили тяжелого ярма. Посему их, как младенцев в добродетели, поил молоком, а нам, как мужам, предложил твёрдую пищу. Как же это Христóс в другом месте сказал: и́го Моé благо, и бремя Моé легко [Мф. 11:30]? Потому что его облегчает воздаяние за труды и величие наград. Закон исполнителям его обещал дать земные блага, а Христóс - блага Небесные.
И иначе: Христóс не разорил, а исполнил древний Закон. Этот последний не был противоположен Евангелию, а скорее был путём к нему, провозвестником его, тенью и образом. С пришествием Евангелия, он исполнился и прекратился, как прекращается ночь при появлении дня, как тень, при набрасывании красок. Воспитатель должен был уступить место учителю.
И ещё иначе: Христóс исполнил Закон, так как сохранил его предписания, и прекратил, так как покрыл несовершенное совершенным.
Отсюда Евангельские заповеди не противоречат предписаниям Закона, но согласуются с ними. Закон есть начало, а Евангелие - исполнение.

Стих 18. Ибо аминь (истинно) говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни иота единая, или единая черта не прейдут от закона, доколе всё будет (исполнится).

Слово аминь есть наречие утвердительное, обозначающее то же, что «истинно». Смысл последующих слов - такой: пока будет стоять мир (это видно из слов: доколе небо и земля), не останется неисполненным даже незначительное предписание Закона, до тех пор пока все законное не сделается или не исполнится на деле Мною.

Словами иота и черта обозначил самое незначительное, потому что они в числе букв были самые простые, так как легче других начертывались. Йота есть прямая линия, а черта - кривая. Всё равно, как Он сказал бы так: доколе не прейдёт небо и земля, Я не допущу этого. Так говорил Христóс, утверждая, что Он не разоряет Закона, так как не мог еще сделать того, что он заповéдует; до самой смерти Он исполнял его.

Стих 19. Если кто разорит единую из заповедий сих малых и научит так человеков, малейшим назовётся в Царстве Небесном. Малых, не говоря уже о бóльших.

Освободив Себя от ложного подозрения, Он устрашает и полагает большие угрозы относительно будущего Своего Законоположения. Всякий, кто нарушит одну из тех заповедей, которые Я намерен установить, и не только сам нарушит, но и для других послужит таким примером (заповеди эти Он назвал малейшими, отчасти по смирению, отчасти для того, чтобы не превозносились исполнители их; вместе с тем научает и нас унижать собственные дела, хотя бы они были велики и значительны), тот назовётся малейшим, т. е., последним из всех, ничтожным, отверженным, что равносильно: будет подвергнут наказанию. Царством Небесным в этом месте называет Второе Своё Пришествие, в котором Он явится Царём всех.

А кто исполнит и научит, тот великим назовётся в Царстве Небесном. Смотри, как Он сказал: нужно прежде делать, а потом учить, и не только делать, но и учить. Как достойно порицания не делать, но учить, так, с другой стороны, недостаточно делать, но не учить. Совершенная добродетель состоит не только в том, чтобы быть полезным самому себе, но - и другим. Не научишь правильно тому, чего сам не сделал, и не легко убедишь других сделать то, чего сам не делал, потому что услышишь: врач! исцелись сам [Лк. 4:23].

Стих 20. Ибо говорю вам: если не превзойдёт правда ваша (правды) книжников и фарисеев, не войдёте в Царство Небесное.

Они учат, но не исполняют, проводя жизнь, которая противоречит учению; а вы должны и учить, и исполнять, чтобы дела согласовывались со словами. Можешь понимать это и иначе. Они смотрят только на конец греха, а вы должны смотреть и на начало его. Книжников и фарисеев разумей здесь исполняющих, а не преступающих Закон. Правдою назвал здесь всякую вообще добродетель. Смотри, как и в настоящих словах, и в выше высказанных Он не порицает Ветхого Завета, а скорее возвышает его. Но если он не заслуживает порицания, то почему не спасает тех, которые его исполняют? До самого пришествия Христова он спасал точных исполнителей его, но после, когда дети сделались мужами, когда дарована людям обильная благодать, когда весьма великие награды предложены для воздаяния за добрые дела (не обещается уже больше обладание землею, или земными благами, ни многочисленное потомство или долголетняя жизнь, ни победа над врагами, - но наследие неба и небесных благ, усыновление Бóгу и братство с Единородным Его Сыном, победа над демонами и общение нескончаемого Царства), - то естественно, что великие подвиги требуются от всех, кто желает получить такие награды; и такие именно подвиги имеются в виду при заповедях Христá, возвестившего указанные награды. Соответственно величию наград Он узаконил и величие подвигов.

Стихи 21-22. Вы слышали, чтó древним было сказано: не убивай, ибо если кто убьёт, подлежит суду. Я же говорю вам, что каждый гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду.

В книге Исход говорится: не убивай [20:13], и после ещё: если кого кто ударит, и умрёт, да умрёт смертью [Исх. 21:12]. Наперёд смягчив сердца их блаженствами и возбудив к добродетели, касается и бóльших заповедей. Начинает с более плотских страстей, т.е. гнева и похоти. Сначала говорит о гневе, затем рассуждает и о похоти. Следует также поискать причины, почему Он не начал с заповеди, которая в Законе поставлена первою. Так как она говорит о Божестве, то следовало бы её восполнить и прибавить открыто о Своём Божестве. Но для этого ещё не пришло время. Если даже после учения и знамений говорили, что Он имеет беса, хотя открыто Он ничего не сказал о Своём Божестве, то чего не сказали бы и не сделали бы, если бы прежде всего этого Он попытался сказать что-либо такое? И почему открыто не сказал, что Он - Бог? Потому что мог бы смутить слушателей. Если ученики, знающие Его и ежедневно Им наставляемые, видящие Его чудеса и ставшие участниками несказанного, получившие даже от Него силу воздвигать мёртвых, - если они не могли всего вместить до сошествия Святого Духа, то каким образом народ, неразумный и не получивший такой силы, мог не смущаться или не подумать, что Он скорее противен Бóгу и бесстыдно присваивает Себе Его честь? Посему мудро и благоразумно, что, совершая чудесные и свойственные Бóгу дела, Он предоставляет им возвещать, что Он - Бог, и что к Своему учению иногда присоединяет слова, показывающие Его Божество. Очевидно, что Он говорит о Себе большею частью со смирением, ради слабости слушателей, так как знал, что откроют это Его дела, каких не совершил никто другой. Говорить о Себе Самом что-нибудь великое - надменно и подозрительно.

Но возвратимся к предмету нашей речи и посмотрим, каким образом Он не нарушает Закона, а скорее восполняет как несовершенный. Он говорит: законодатель сказал древним евреям: «Не убивай единоплеменника, человек! а кто убьёт, будет подлежать осуждению, чтобы потерпеть наказание соответственно убийству. Я же говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, неблаговременно, будет подлежать осуждению.» Этим Он уничтожил не всякий вообще гнев, а отверг только несвоевременный; своевременный же гнев полезен. Так бывает благовременным гнев против тех, которые живут вопреки заповедям Божьим, потому что мы гневаемся не для собственной защиты, но для пользы самих худо живущих из привязанности и братолюбия, с подобающим уважением. Гнéвайтесь, говорит, и не согрешáйте [Пс. 4, 5], т. е., гневаясь, - не заблуждайтесь, пользуясь гневом не так, как дóлжно. Назвал нас братьями друг другу, как имеющих одного и того же Бóга и одного прародителя, одну природу и веру, одни заповеди и обетования наград. Но смотри, что Он прибавил: вырубил корень убийства. Кто так гневается, никогда не дойдёт до убийства, подобно тому как вырубивший корень не допускает, чтобы когда-либо произросла ветвь.

Ибо если кто скажет брату своему: «рáка», подлежит [суду] собрания. Выше осудил того, который только гневается, а здесь - того, который уже дошёл до слов. Рака - слово еврейское, обозначающее - «ты». Когда кто-либо гневается на другого, то, не желая назвать его по имени, как бы недостойного, вместо имени употребляет ты, в знак гнева и ненависти. Госпóдь осудил и такого, как гнушающегося общею природою, и сделал его вину подсудною сонмищу старейшин народа, чтобы он был наказан ими.

А кто скажет: «урод», - подлежит геене огненной. Этого ещё более осудил, так как он отнимает у брата разум, которым мы отличаемся от бессловесных, - или лучше - так как оскорбляет веру. Если верующий брат безумен, то безумна и его вера. Здесь впервые встречается имя геены огненной. Одни говорят, что она названа гееной, как всегда рождающая («генноса») огонь, а другие, - что это еврейское название, обозначающее такого рода наказание. Если же Он так наказал такие обиды, которые мы считаем незначительными, то какого осуждения достойны мы, когда беспрестанно наносим своим братьям значительные? Наказал Он такие по видимому малые обиды ради бóльших, чтобы мы, зная, что и тех нужно бояться, эти считали ещё более страшными; с другой стороны, и потому, что людей гневливых не только значительные обиды подстрекают к убийству, но часто и незначительные, воспламеняя гнев подобно искре.

Стихи 23-24. Ибо если принесёшь дар твой ко олтарю, и там вспомнишь, что брат твой имеет нечто против тебя: оставь там дар твой пред олтарем и иди прежде смирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой.

Всё, что выше сказал, что теперь говорит и что после будет говорить, - всё это относится к любви, которую Он часто предлагает и различным образом восхваляет, как это весьма часто будем видеть впереди. Будучи Бóгом, Он из любви к нам воплотился и претерпел всё, чтобы и мы любили Бóга и самих себя, были соединены друг с другом любовью и составили одно тело, имея главою Христá. Поэтому, рассекая нервы раздора, уничтожает этим всё, что разрывает любовь. И смотри, как велико Его человеколюбие. Он отказывается от собственной чести из любви к брату, и только не говорит: пусть на время прекратится служение Мне, чтобы только ты помирился с братом, потому что жертвою служит также примирение с братом, и без этого условия Я не принимаю её. Итак, приносишь ли ты хвалу Бóгу, или молитву (потому что и это также жертва), или что-нибудь другое, не приноси этого не примирившись, зная, что Он ничего не примет, если ты прежде не примиришься. Слова эти безразлично относятся и к тому, кто наносит обиду, и к тому, кто терпит. Если ты обижен кем-либо, то прости ему эту обиду и будь терпелив; если же ты обидел другого, то загладь свою обиду и не опусти ничего, что может послужить к примирению.
Этим же научает, что Бóгу ненавистна вся жизнь того, чья жертва не принимается по причине вражды.

Стихи 25-26. Примирись с соперником твоим скоро, доколе на пути с ним, да не предаст тебя соперник судье, и судья тебя предаст слуге, и будешь брошен в темницу. Аминь (истинно) говорю тебе: не выйдешь оттуда, доколе не возвратишь последний кодрант.

Некоторые под соперником разумеют совесть, которая всегда противится злой воле и обвиняет поступающего худо; под путём - настоящую жизнь, во время которой дóлжно быть благорасположенным или повиноваться тому, кто побуждает к добру и отклоняет от зла. Как к добродетели обыкновенно побуждает не только будущим, но и настоящим, как мы сказали в «Блаженствах», так, с другой стороны, отклоняет от зла не только будущим, но и настоящим. После того как отклонял от вражды будущею гееною, теперь отклоняет и устраняет настоящим судьёю и тем, что случается ежедневно. Посему говорит: если даже влекут тебя к судилищу, будь благорасположен к своему сопернику, т.е. стань ему другом, хотя бы даже на пути, ведущем к судье, или - что то же - прежде чем придешь к судье. Тогда тебе можно примириться только уплатив деньги, которые Лука назвал деланием [Лк. 12:58], так как они делают то, чего мы желаем, и доставляют, чего требуем. Лучше уплатить долг, чем быть присýжденным к пене. Уплатив долг по любви, ты выигрываешь троякое благо: не будешь ввергнут в темницу, не израсходуешься до последнего и примиришься с противником. Если же будешь приговорён судьёю, то подвергнешься, наоборот, троякому злу: будешь брошен в темницу, потеряешь последний кодрант, который Лука назвал последнею лептою {мелкою медною монетой} [Лк. 12:59], т. е., самым мéньшим видом пени, к уплате которой ты будешь присýжден, - и таким образом не примиришься. Естественно, что каким бы то ни было образом соперник победит тебя. Есть, впрочем, некоторые, изъясняющие эти слова таинственно, но Златоуст не принимает этого в отношении к настоящему месту.

Стихи 27-28. Вы слышали, чтó древним было сказно: не соделай прелюбодеяния. Я же говорю вам, что каждый, кто посмотрит на женщину ради её вожделения, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем.

И в Законе после того как сказано: не убивай, поставлено: не соделай прелюбодеяния. Посему, восполнив предыдущую заповедь, переходит и к последующей, и дав надлежащее направление гневу, ставит пределы и для вожделения. Как в предыдущей заповеди, прибавив: напрасно, - положил различие между благовременным гневом и безвременным, так и в этой, прибавив: ради вожделения, - разграничил воззрение нестрастное от страстного. И не сказал просто: кто посмотрит, - но: кто посмотрит с вожделением, - то есть, кто смотрит усердно, кто смотрит страстно, так, что возбуждает желание к совокуплению. Такой наполнил уже своё сердце страстью и в душе уже совершил прелюбодеяние. Или: кто смотрит для того, чтобы возбудить пожелание. Такой сам искал страсти, сам спешил к вожделению и предался ему и, если не коснулся жены телом, то по крайней мере мыслью. А кто смотрит на неё мимоходом, или по какой-либо другой необходимости, тот свободен от вины. Женою здесь называет и замужнюю женщину, и отпущенную мужем, и девицу. Нужно знать, что наставление эти, хотя по ви-димому направлены к мужьям, относятся и к жёнам. Муж есть глава жены [Еф. 5:23], а с головою соединены и члены. Запретил внимательный взор, потому что из него проистекает страсть в сердце; страстное же сердце побуждает и тело к совокуплению. Посему Он уничтожил корень, чтобы, произрастив ветвь, он не принес плода.

Стихи 29-30. Если же правое твоё око соблазняет тебя, вынь его и отбрось от себя: ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твое брошено будет в геену огненную; и если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки её и отбрось от себя: ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твое брошено будет в геену.

Не о членах тела говорит здесь (члены тела свободны от вины; они управляются душою и двигаются, куда она прикажет), но под правым глазом разумеет незаменимого, подобно правому глазу, друга, а под правой рукой полезного, подобно правой руке, помощника, - будут ли это мужья или жёны.
Итак, говорит: если они соблазняют тебя к страсти, не щади их, но лиши их влияния на тебя, и брось от себя. И не сказал «умертви», но вынь, разумея совершенное расторжение. Сказав: вынь, - не остановился на этом, но продолжал речь, присоединив: и отбрось от себя, - чтобы опять не стать дружным, находясь вблизи. Так как Он говорил о трудном деле, то показал и выгоду, происходящую отселе.

Стихи 31-32. Сказано же было, что если кто отпустит жену свою, да даст ей развóдное письмо. Я же говорю вам, что каждый, кто отпускает жену свою, кроме слова о любодеянии, делает её прелюбодействующей; и кто отпущенную возьмёт (в жёны) , прелюбодействует.

Вот указывает и другой вид прелюбодеяния. Древний Закон приказывал, чтобы ненавидящий почему бы то ни было свою жену не удерживал её, но отпускал, дав ей разводное письмо, чтобы не случилось убийство. Иудеи были почти непримиримы не только по отношению к жёнам, но и к детям. Посему Христóс и сказал им: Моисей по жестокосердию вашему повелел вам отпускать ваших жён [19:8], но дать развóдное письмо, чтобы впоследствии, когда отпущенная выйдет замуж за другого, отпустивший не мог взять опять её, как свою жену, и чтобы отсюда не происходили беспорядки и раздоры. Научая вышеупомянутыми словами быть более кроткими, Христóс теперь повелевает не только не отпускать жены, кроме слова о любодеянии, т. е., без причины любодеяния, называя здесь любодеянием - прелюбодеяние, - но и отпущенной не позволяет выходить за другого мужа. Кто отпускает свою жену не за вину любодеяния, тот делает ее прелюбодейною, если она соединится с другим мужем; а кто женится на отпущенной другим, тот прелюбодействует с чужою. Узаконив это, Он сделал и жену благоразумнее. Слыша, что никто не возьмёт в жены отпущенную, она будет любить своего мужа и угождать ему. Таким образом, напоминая о вине прелюбодеяния и тому, кто без причины отпускает свою жену, и тому, кто женится на отпущенной другим, Он укрепил мир супругов и позаботился, чтобы не допускалось прелюбодеяние.
Кто не отпускает и любит свою, тот не пожелает чужой. И тот, которому запрещается жениться на отпущенной другим, не отпустит своей.

Стихи 33-34. И ещё вы слышали, чтó древним сказано было: не клянись ложно, воздай же Гóсподу клятвы твои. Я же говорю вам никак не клясться.

Не клянись ложно, написано в книге Исход [20:7], а воздай Гóсподу клятвы твои - в книге Второзакония [23:21, 23], но другими словами. И клянись Именем Госпóдним. Этим Он повелел, чтобы не клялись ложными богами.
Не клясться и не требовать клятвы - это одно и то же. Каким образом ты будешь склонять брата своего к тому, чего сам избегаешь, если ты братолюбив и не любостяжателен. Древний Закон говорит: не клянись ложно, воздай же Гóсподу клятвы твои. Это Он сказал, внушая клянущемуся страх не нарушать клятвы, так как он знает, что Сам Бог, всеведущий, принимает эту клятву. Я же говорю вам никак не клясться. Кто легко даст клятву, тот может когда-либо её нарушить, по привычке клясться, - а кто никогда не клянётся, тот никогда и не нарушит клятвы. Кроме того, не нарушать клятвы для клянущегося - воспитывало Богопочтение, а вовсе не клясться - ещё более возвышает его; первое было делом посредственной и несовершенной мудрости, а второе - высокой и совершенной.

Стихи 34-35. Ни небом, ибо оно - престол Бóжий; ни землёю, ибо она подножие ногам Его; ни Иеросалимом, ибо он - город великого Царя.

Чтобы не подумали, что Он запрещал клясться только Бóгом, т. е., говорить: клянусь Бóгом, присоединяет и другие виды клятвы, которыми клялись иногда иудеи. Кто клянётся этим, все-таки, клянется Бóгом, Который всё это наполняет и всем господствует. От Бóга эти предметы получили честь, а не от самих себя. Чрез пророка Бог говорит: небо престол Мой, земля же подножие ног Моих [Ис. 66:1], показывая, что Он всё наполняет, как и говорит: разве небо и землю не Я наполняю [Иер. 23:24]. А Давыд сказал: град Царя великаго [Пс. 47:3].

Стих 36. Ни твоею головой не клянись, ибо не можешь ни одного волоса сделать белым или чёрным.

Не клянись самою маловажною и сподручною клятвою, т. е., своею головою, чтобы не дойти и до бóльшего. С другой стороны, и голова твоя есть стяжание и приобретение Бóжие; так что и в этом случае происходит клятва Бóгом, Который содержит её в Своей власти. Хотя она и принадлежит тебе, но - не твоё творение, что открывается из того, что ты не можешь и одного волоса сделать белым или чёрным.

Стих 37. Да будет же слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх того - от врага есть.

Пусть будет, говорит, словом вашим, когда вы утверждаете, - да, и когда отрицаете, - нет. Этим только и пользуйтесь для утверждения вместо клятв и ничем другим больше: да и нет. А что сверх этого присоединяется, называет клятвою. Но если клятва от дьявола, то почему её допускал древний Закон? Потому что и приношение в жертву животных было от лукавого и соприкасалось с идолослужением, но, однако, Закон допустил это по мудрому Домостроительству ради слабости евреев. Так как они были прожорливы, то любили идоложертвенное, а так как были недоверчивы, то любили клятвы. Посему, чтобы впоследствии они не приносили жертв идолам, и не клялись идолами, Закон допустил и приносить жертвы, и клясться, и другое подобное, - но всё это направил к Бóгу. Но в своё время всё это должно быть отменено более высоким Законодательством. Так как питаться молоком для детей полезно, а для мужей - не нужно, - поэтому детям мы это позволяем, а взрослых отклоняем и удерживаем от этого.
Что же нужно делать, если кто-либо требует клятвы и принуждает к ней? Страх Бóжий пусть будет тебе необходимее такой необходимости и предпочитай скорее всё терпеть, чем нарушить зáповедь Бóжию. И при всякой заповеди часто встретятся тебе насилие и опасность; и если везде ты не сочтёшь более необходимою заповедь Бóжию, то все они останутся у тебя пустыми и неисполненными.
Впоследствии сказал Госпóдь: Царствие Небесное усилием берётся, и прилагающие усилие восхищают его [Мф. 11:12].

Стихи 38-39. Вы слышали, чтó было сказано: око за око, и зуб за зуб. Я же говорю вам не противиться злому.

Некоторые порицают древний Закон за то, что он повелевает вырывать глаз за глаз и зуб за зуб и объявляет вырвавшему глаз или зуб у кого-нибудь такое же несчастье, без всякого сострадания. Но Закон этот весьма человеколюбив, и повелел делать это для того, чтобы люди того времени, весьма склонные к нанесению ударов друг другу, не вырывали один у другого глаз и зубов, вследствие страха потерпеть то же самое. Христóс, давая более человеколюбивые законы, удерживает это зло не страхом того же наказания, но будущим осуждением. Сказав выше, что если кто скажет [брату своему]: «урод», - подлежит геене огненной, Он дал понять, что больше будет наказан тот, кто ударит, а ещё больше, кто изувечит. Поэтому Он повелел не сопротивляться злому. Под злым некоторые разумеют здесь того, кто ударил; но Златоуст разумеет - дьявола. Христóс сказал это, научая, что по побуждению дьявола человек решился на это, и на него перенося гнев пострадавшего, возбужденный против причинившего страдание.
Итак, что же? Не дóлжно противиться дьяволу? Конечно; но не посредством мщения брату, - такое противление Он запретил, - но посредством терпения и великодушия. Не гневом тушится гнев, как и не огнём - огонь; но противоположное лечится противоположным.

Но если кто ударит тебя в правую твою щёку, подставь ему и другую. Повелевает не только не мстить, а скорее подставлять себя ударяющему, чтобы терпением и великодушием обуздать его. Видя, это, он не только не нанесёт другого удара, но раскается и в первом и примирится, а если ты будешь противиться, то он ещё больше воспламенится и ожесточится. Почему Закон отдельно сказал только о глазе и зубе, между тем как много есть членов в теле? Потому что ударяющие наносят побои преимущественно по одним членам, так как они менее защищены, находятся на виду и легко повреждаются. Но Закон посредством их распространяется и на другие члены. И правая щека сподручнее для удара, легче подпадая под правую руку наносящего обиду. Равным образом и эта заповедь касается и всех остальных членов.

Стихи 40. И хотящему судиться с тобою и отнять твою ризу, отдай ему и сорочку.

Спаси́тель хочет, чтобы ты оказывал терпение, великодушие не только по отношению к ударам и оскорблениям, но и к имуществу, и деньгам. Это последнее имеет в виду речь о хитоне, как более удобном для отнятия. Он говорит: И хотящему судиться с тобою и отнять твою ризу («хитона»), отдай ему и сорочку («гиматион»), и победи его корыстолюбие, уступив ему не только то, чего он требует, но присоединив и то, чего он не требует. Если ты сделаешь это, то он или оставит то, чего домогался, пристыженный такою твоею мудростью, - или, взяв то, чего требовал, не коснётся того, чего не требовал, но сильно почувствует своё корыстолюбие. Если ты не будешь судиться с ним, но отдашь то, чего он хочет, то сделаешь полезное только для себя. Если же присоединишь этому и другое, то принесешь пользу его душе, и для себя сделаешь двоякое добро: избегнешь суда и отвратишь корыстолюбие. Сорочка («гиматион»), - это одежда, которую мы носим сверху других одежд, а риза («хитон») - нижняя одежда. Часто также безразлично хитон (риза) называется «гиматион» (сорочка), и наоборот. Хотя и Лука говорит: отнимающему у тебя ризу и сорочку не возбрани [Лк. 6:29]. Оба эти изречения сказаны Христом: это на горé, а то, что у Луки, на ровном месте. Что же, ужели дóлжно ходить нагому? Неужели это слишком много - ради пользы брата ходить нагому? Однако он не поступил бы с тобою так бесчеловечно, потому что устыдился бы, как сказано, твоего великодушия.

Стих 41. И если кто тебя возьмёт [в путь с собою] по силе на одну версту, иди с ним две.

Древний Закон, различая виды пороков по одной тяжести их, пропускал маловажные. Но Христóс постановил законы и относительно этих последних, начиная с более важного и останавливаясь на незначительном. Тяжелее всего было лишение глаза или зуба, потому что первый указывал путь, а второй служил при питании, - затем удар по щеке, как весьма позорный, - потом отнятие одежды, паче же всего этого - принуждение. Как и при других видах оскорбления, Он повелел быть добродетельным с избытком, так и в случае принуждения - приказывает победить несправедливое желание обижающего и претерпеть больше, чем он желает сделать. Ты видел бесстрастие, насажденное в страстном теле; обратил внимание и на ангельскую жизнь, посеянную в людях. Не чувствовать страстного пожелания, не гневаться с волнением - свойственно Небесной жизни, что в указанных заповедях Христóс узаконил. Повелевая не гневаться на брата напрасно, не говорить ему рáка, не называть его урод, не приносить дара Бóгу, не примирившись с братом, благожелать обижающему, - Он перерезал жилы у страстного гнева. Заповедуя не смотреть страстными глазами на жену, отвергать соблазняющего или соблазняющую, не отпускать без причины своей жены, не жениться на отпущенной другим, - Он вырвал корни у страстного пожелания. И опять, - повелевая не клясться вовсе, изгнал пристрастие к имуществу и деньгам, а заповедуя не противиться злому, подставлять и другую щёку, отдавать и сорочку, сопровождать и две версты, - Он удержал дух от мщения.

Стих 42. Просящему у тебя дай.

Когда Он стоял, уча на ровном месте, то сказал яснее: каждому же просящему у тебя дай, - как написал Лука [6:34]. Притом, повелевает не различать достойного от недостойного. Какой бы он ни был, он нуждается в том, чего просит. И Бог всё необходимое для поддержания жизни равно предоставил всем людям, добрым и злым, верным и неверным.

И хотящего у тебе занять не отвороти. Теперь повелел занимать без росту, а когда учил, как сказано выше, на ровном месте, то повелел не требовать назад и того, что дано взаймы. Если, говорит, взаймы даёте тем, от которых надеетесь получить обратно, то какая вам за то благодарность [Лк. 6:30]. Но то, что находится в настоящем месте, относится к несовершенным, а то, что у Луки, - к более совершенным.

Стихи 43-44. Вы слышали, чтó сказано: возлюби́ ближнего твоего и возненавидь врага твоего. Я же говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, добро творите ненавидящим вас и молитесь за творящих вам напасть и изгоняющих вас.

Искоренив, как сказано, гнев и похоть и освободив от всякой пагубной страсти повинующихся Ему, повелел благотворить, давая просящим и занимая нуждающимся; потом, восходя выше, возвёл на высоту добродетели. Венцом и вершиною всякой добродетели служит любовь к врагам с её последствиями, - любовь к ним не как к врагам, а как к людям, и не только любовь, но и молитва за них. За любовью к врагам последует и всё остальное, именно - благословение проклинающих, благотворение ненавидящих и молитва за обижающих нас. Таковы свойства совершенной любви. Смотри, что и награда столь великой добродетели самая большая. Так как такой поступок больше всякого другого, то и награду Он полагает бóльшую, чем всякая другая. Говорит:

Стих 45. Так что да будете сынами Отца вашего, Который на Небесах: ибо он солнцем Своим сияет на злых и добрых, и дождь посылает на праведных и на неправедных.

Бог есть Отец людей, как Творец их (и мы совершителей каких-нибудь дел называем отцами их) и как Попечитель и Промыслитель их, потому что отцу свойственно заботиться и промышлять о своём сыне. Сынами Бóжиими становятся те, которые уподобляются Ему чрез добродетель, насколько это возможно для человека, потому что сыну естественно быть похожим на своего отца. Да будете, говорит, сынами Бóга, не по естеству, а по подобию, именно чрез любовь к врагам своим. Хотя Он осыпается, как стрелами, поношениями злых и несправедливых, хулится, и лишается Своей чести, однако, любя их, повелевает солнцу Своему светить злым и добрым, посылает дождь на праведных и неправедных. Он терпит зло от Своих рабов, а ты от равных себе. Ты окажешь им немногие и незначительные благодеяния, а Он многочисленные и величайшие; и, однако, за такое подражание дарует тебе возможность быть подобным Ему и называться Его сыном. Солнцем и дождём, конечно, обозначил всё потребное для жизни, - потому что при помощи их всё рождается из земли, питается, взращивается и доводится до конца. Можно и иначе понимать. Да будете сынáми Бóга, подражая Сыну Его, Который претерпел бесчисленные поношения от врагов, любил их и благотворил, уча и исцеляя их, и наконец, пригвожденный ко Кресту, молился за них, говоря: Óтче, прости им: ибо не ведают, что творят [Лк. 23:34].
Итак, Христóс желает, чтобы с друзьями ты мирился: иди прежде смирись, говорит, с братом твоим, а врагов любил и молился за них, как сказано выше.

Стих 46-47. Ибо если вы любите любящих вас, какую награду получите? не то же ли творят и мытари? И если вы целуете друзей ваших только, что особенного творите? не так же ли творяти язычники?

Любить того, кто вас любит, не есть добродетель, а дело согласное с природою, потому что и мытари тоже творят, у которых нет и следа добродетели. Мытари - это были сборщики податей и торговли («комеркарии»); занимающиеся этим делом пользовались дурною славою, как несправедливые, корыстолюбивые и преступные. Поэтому в учении на равном месте Христóс назвал их грешниками, а не мытарями. Но какого осуждения мы будем достойны, когда не любим и тех, которые нас любят, и ненавидим тех, которые нам желают добра! Нам повелено превзойти в правде книжников и фарисеев, а мы стоим ниже мытарей, которых даже они порицают.

Стих 48. Итак, да будете вы совершенны, как совершен Отéц ваш Небесный!

Те, которые любят любящих их, те, конечно, несовершенны в любви, - а те, которые любят и врагов своих, те вполне совершенны.

Бóгу нашему слáва, ны́не и при́сно, и вó веки векóм. Ами́нь.

 

 




ПОИСК В ИНТЕРНЕТ
 
 

 
  ©  2004 –  Сайт «Чёрный монах»
Ссылка при цитировании обязательна
©  2010 –  «Вифлеемъ - Дом Хлеба»
Ссылка при цитировании обязательна
©  2004 –  Дмитрий Чапуровский
Ссылка при цитировании обязательна
  Flag Counter   Рейтинг@Mail.ru Рассылка сайта 'Чёрный монах' Студия ARST Project